Психическое здоровьеЛожное сознание

Как быть геем, но с крепкой психикой
Anonymous
 (1)Неделя 7. Личное освобождение День 4.1. Как...

Сообщение Anonymous »

(1)Неделя 7. Личное освобождение

День 4.1. Как проживаемый мною опыт гея, который достигает личного освобождения от угнетения, ложного сознания, принудительной гетеросексуальности и её гегемонии, влияет на мои представления о моих отношениях с другими людьми?

Гей и лесбийская психология достаточно разработали теоретическое описание влияния гетеросексистской системы угнетения на психику и модели поведения, в том числе, отношения с другими людьми, у гомосексуальных людей. К сожалению, по-русски большая часть этих текстов и идей недоступна (и, вероятно, никогда не будет доступна). Отечественные «ЛГБТ-психологи» пережёвывают одни и те же идеи, которые они прочитали в выполненном 20 лет назад первом томе «Розовой психотерапии», добавив (и то не всегда), к этому фрейм «стресса меньшинств».

Несколько больше присутствуют переводы феминистской литературы, в которой пишется о последствиях для людей угнетения со стороны патриархатной системы, давления со стороны традиционных женской и мужской гендерной социализации.

Постепенно и в сознании русскоязычных психологов произошла встреча идей аффирмативной гей-психологии и феминистской психологии: отечественные «ЛГБТ-психологи» осознали, что что традиционные ЖГС и МГС влияют и на гомосексуальных людей и наши жизненные сценарии, паттерны поведения, отношения, в силу интериориозованных ограничивающих традиционных гендерных установок.

Также постепенно происходит осознание идей, которые когда-то были высказаны внутри фрейдомарксизма (Эрих Фромм и пр.) и получили развитие у различных авторов в рамках разных психотерпевтических школ и направлений, что вся существующая социальная (в широком смысле, включая культуру, экономику, политику) система – это система, которая заинтересована в воспроизведении зависимых личностей во всём многообразии форм зависимостей: от любовной и химической зависимостей, до зависимости от государства.

Постепенно можно видеть как и в сообществе происходит медленный, но устойчивый «терапевтический поворот» не только на уровне заимствования терапевтической терминологии в повседневную речь, но и всё большей востребованности реальной психологической работы как на индивидуальном уровне, так и на групповом уровне.

И вот в этом контексте оформляются, трансформируются, деконструируются мои личные представления о моих отношениях с другими людьми, как гея, который сознательно стремится работать над своим индивидуальным освобождением от угнетения гетеросексизмом и стремится вносить свой посильный вклад в это освобождение и на коллективном уровне сообщества.

Наверное, одним из самых ценных для меня было когда-то осознать системность не только индивидуальных, но и социальных психических процессов и значение для социальности бессознательного. Не всё рационализируется, как бы ни хотелось т.н. «доказательной психотерапии»: сознание имеет свои ограничения – в какой-то момент социальная психология говорит: «Это гипотеза, но у нас недостаточно доказательств этой гипотезы. Но на данный момент эта и ещё несколько других гипотез выглядят наиболее обоснованно, поэтому мы её используем в качестве рабочей гипотезы».

«Представления об отношениях с другими людьми» - выглядит очень широко. Уместнее было бы выделить какие-то специфичные отношения. Например, мои представления о взаимодействии меня как гей-активиста с «гетеросексуальным обществом». Или мои представления о том, могут функционировать мои отношения, освобождающиеся от гетеросексистского фрейма и традиционной МГС, внутри гей-сообщества с другими геями. Или как я могу выстраивать отношения с представителями и представительницами других групп: например, бисексуалами или лесбиянками. Или как я могу выстраивать отношения с партнёром. Или как я могу выстраивать отношения с коллегами. Или друзьями. Везде будет некоторая специфика, свойственная именно для данного типа отношений.

Anonymous
 (2)Тем не менее, можно попробовать выделить какие-то...

Сообщение Anonymous »

(2)
Тем не менее, можно попробовать выделить какие-то общие принципы. Меня не интересует на сколько эти принципы будут схожи с принципами, которые могут для себя выделить представители других групп (а они, наверняка, будут схожи, поскольку, вероятно, у какой-то части людей ожидания от отношений с другими людьми если и не тождественны, то похожи).

Наверное, с моих ожиданий от отношений с другими и стоит начать. Как гей, который воспитывался в рамках давления традиционной МГС, в контексте развала тоталитарно-авторитарного советского союза, мои ожидания от отношений с другими, в первую очередь про безопасность: мне безопасно взаимодействовать с тобой, а тебе безопасно взаимодействовать со мной. Способы достижения этого чувства безопасности, которые мне предлагала МГС, а также осознание «своего места гомосексуала» в этой социальной системе были весьма ограничены: установить теми способами, какими это возможно контроль. И контроль, в этой системе, означало «превосходство». Для меня это было интеллектуальное превосходство. Отсюда проистекали все формы поведения, которые сейчас определяются как «токсичные».

Спасибо окружавшим меня людям, психологам, с которыми я работал, программе ВДА и прочитанным книгам, которые постепенно меняли мои представления, а в след за ними иногда подтягивалось и поведение.

Важным шагом на пути к освобождению моих представлений об отношениях с другими людьми от гетеросексистского угнетения, был процесс освобождения себя от сознания жертвы (гомосексуал, в гетеро-мире, по умолчанию жертва), который на прямую завязан на обретение и усиление чувства собственного достоинства (а гомосексуал, в гетеро-мире, это существо, которое по умолчанию лишено чувства собственного достоинства). В начале это были рациональные убеждения. Но постепенно они переходили на уровень эмоциональных реакций, а далее и поведения.

И здесь важным понятием, которое позволило переформатировать мои представления об отношениях с людьми, стало понятие «эгалитарность» (т.е. дословно, «равенство»). Эгалитарность в отношениях как этический практический принцип, который подразумевает моё уважение к другому, даже если он гомофоб. И если я хочу быть услышанным, то это значит, что и я, со своей стороны, должен приложить усилие другого, даже если он гомофоб. То есть, этот принцип подразумевает для меня, в-первую очередь, увидеть в другом человека. Это не значит, что я готов слушать каждого гомофоба. Скорее, наоборот. но это значит, понять а какие неудовлетворённые потребности другой, возможно даже сам не осознавая, транслирует через свою гомофобию – чего он действительно боится.

Понимание этого помогает мне в реализации другой стороны эгалитарности – передача ответственности другим за их собственные жизни, то есть освобождение себя от шапки «спасателя» и «причинятеля добра». То есть, я снимаю с себя потребность «спасать гомофоба от его гомофобии». Даже если это гей с усвоенной гомофобией.

То есть, в моих представлениях произошла деконструкция установки на контроль для достижения чувства собственной безопасности. Мне не нужно контролировать другого для того, чтобы чувствовать себя в безопасности. Мне достаточно не взаимодействовать с ним, а также найти иные способы обеспечения своего чувства безопасности. То есть, мне нужно заняться собой, а не другим. А другим я занимаюсь тогда, когда он действительно представляет для меня опасность. То есть я живу свою гей-жизнь, а гомофобу предоставляю прожить его жизнь гомофоба, до тех пор, пока это не затрагивает непосредственно меня как личном, так и на системном уровне. Поэтому, да, как бы я не относился скептически к юридическим инструментам регулирования отношений между людьми, преступления на почве ненависти по признаку сексуальной ориентации должны наказываться по закону. Но это уровень представлений на уровне активизма.

Anonymous
 (3)На индивидуальном уровне отношений с другими...

Сообщение Anonymous »

(3)На индивидуальном уровне отношений с другими людьми, не гомофобами, освобождение от гетеросексизма, трансформировало мои представления в сторону большей открытости к принятию человеческого разнообразия и принятия «этики заботы» (в её нетоксичной форме) в свой этический фрейм.

Идеи Харри Хэя о «субъект-субъектных отношениях», которые отличают освобождённые от гетеросексизма отношения гомосексуалов друг к другу, стали другим важным этическим практическим фреймом. Именно эта субъект-субъектность – то, что исторически и сущностно отличает гомосексуальные отношения от патриархатных гетеросексуальных. Это не значит, что все и всегда гомосексуальные отношения субъект-субъектные. Это значит, что в гомосексуальных отношениях субъект-субъектность исторически более очевидна, чем это наблюдается в патриархатных гетеро-отношениях, которые по своей природе субъект-объектные. В то время как даже патриархатные гомо-отношения в своём пределе призваны перевести объект в статус субъекта (если, например, рассматриваются отношения эраста и эромена Греции классического периода).

Гетеро-имитация, поражающая отношения гомосексуалов между собой, деформирует эту субъект-субъектность. Поэтому для меня важно продолжать рефлексировать воздействие на мою психическую конституцию системы угнетения, понимая, что, например, созависимость – это, во-первых, про лишение другого его субъектности, а, во-вторых, на социальном уровне, созависимость это про зависимость от государства, общество, Большого Гетеросексуального Другого, то есть трансформацию угнетения в самоугнетение.

При этом, другим важным пунктом в изменяющихся представлениях об освобождении от гетеросексизма, для меня становится всё большее понимание, что индивидуальное освобождение опосредованно опытом коллективного освобождения от угнетения в рамках своего сообщества. Здесь присутствует та же диалектика: индивидуальное освобождение опосредует коллективное, а коллективное освобождение опосредует индивидуальное.

И здесь можно продолжить: освобождение от гетеросексизма гей-сообщества делает более свободным от гетеросексизма и гетеро-сообщество; и освобождение от гетеросексизма гетеро-сообщества, делает более свободным от гетеросексизма гей-сообщество.

2. Как проживаемый мною опыт гея, который достигает личного освобождения от угнетения, ложного сознания, принудительной гетеросексуальности и её гегемонии, влияет на мои отношения с другими людьми?

Но одно дело теоретические представления, которые у меня есть о моих отношениях с другими людьми. И другое – практика. Мир был бы однозначно прекраснее, если бы каждый человек всегда поступал в соответствии со своими лучшими представлениями об отношениях с другими людьми. Но люди – просто люди. И большая часть из человеческих существ не всегда в состоянии следовать имеющимся у себя моральным императивам. Как говорится, «Nobody's perfect».

И я не исключение. Есть какое-то количество моих поступков, за которые мне сейчас стыдно перед конкретными людьми, поскольку эти мои поступки не соответствуют тем представлениях о благополучных отношениях с другими людьми, которые у меня были когда-то или, особенно, есть сейчас. И я продолжаю с этим разбираться на своей психотерапии и, если могу, с теми людьми, с кем это возможно.

И это побуждает ещё более чутко относиться к тому, как я веду себя отношениях сейчас, чтобы не транслировать в них то, что мою воспринято из гетеросексизма и традиционной МГС.

Anonymous
 Ложное сознание

Сообщение Anonymous »

(4)3. Что меня в этом устраивает? Что не устраивает? Что я могу и хочу изменить? И что я для этого делаю?

Я понимаю, что освобождение от усвоенной гомофобии, самоугнетения и ложного сознания – это процесс. И этот процесс идёт с той скоростью, который подходит моей психике. Я не могу форсировать его, как бы мне ни не хотелось поскорее стать более эгалитарным в своих отношениях. Я делаю свою часть работы на психотерапии, в рамках своей программы ВДА и с помощью других способов. Но я не могу влиять на скорость этого процесса: это не только про рациональный уровень убеждений. Это и про уровень нейронных связей, которые прокладывались ни один десяток лет. Это помогает мне относиться к самому себе с терпимостью, принятием и самосостраданием. Это важный элемент освобождения себя и своих отношений от угнетения гетеросексизмом, поскольку гетеросексизм подразумевает мою нетерпимость к себе, моё неприятие себя, самоосуждение и отсутствие самосострадания.
4. Что я чувствую, размышляя над этими вопросами?

Уязвимость от того, что я это публикую в канале: это уже не просто про теоретически представления, или про «дела минувших дней», о которых можно писать с безопасного удаления, а про те процессы, которые происходят со мной сейчас.

Доверие идущему процессу освобождения. Без доверия здесь было бы невозможно.

Благодарность за ощущение ресурса быть в этом процессе.

Ответить Пред. темаСлед. тема

Быстрый ответ

Изменение регистра текста: 
Смайлики
:) :( :oops: :roll: :wink: :muza: :sorry: :angel: :read: *x) :clever: :unknown:
Ещё смайлики…
   
К этому ответу прикреплено по крайней мере одно вложение.

Если вы не хотите добавлять вложения, оставьте поля пустыми.